Он не похож на героя фильмов о наркоманах. У него приличная работа, семья, ипотека, привычная улыбка для коллег. По ночам он не спит — лежит, смотрит в потолок и обещает себе: «В понедельник завяжу». Понедельник приходит и уходит. Проходят годы. Здоровье уходит, семья рушится, а человек, который мог бы получить помощь на самой ранней стадии, так и не переступает порог наркологического кабинета.
Почему?
В основе зависимости лежат стойкие изменения в работе головного мозга. Психоактивные вещества вмешиваются в дофаминовую систему, которая отвечает за ощущение удовольствия и мотивацию. Естественные радости — еда, общение, достижения — перестают приносить удовлетворение. Искусственная стимуляция становится единственным источником «награды». Человек теряет способность контролировать своё поведение, и убеждение «я сильный, я справлюсь» — становятся симптомом болезни. "Часто человек не может сознаться в своей зависимости, происходит тотальное отрицание», — комментирует врач-психиатр-нарколог Ханты-Мансийской клинической психоневрологической больницы, Кирилл Шефер. — Пациент приходит на приём уже с тяжёлыми последствиями, но продолжает убеждать себя и врача в обратном".
Отрицание — это естественный защитный механизм психики. Он работает как анестезия — притупляет боль от осознания собственного падения. Человек оправдывает свои действия: виноват стресс, проблемы на работе, плохая компания. Кто угодно, только не он сам. Признать «я наркоман» — значит признать себя никчёмным, слабым, неудачником, такое клеймо. Для многих это страшнее самой болезни. "Мы лечим болезнь, а не клеймим человека", — подчёркивает Кирилл Валериевич.
Затяжное молчание и отсрочка визита к специалисту имеют не только психологические, но и социальные причины. В общественном сознании зависимость воспринимается не как заболевание, а как порок. Человек, который и так страдает от внутреннего конфликта, слышит вокруг, что он изгой, опасен, недостоин уважения. Как после этого прийти к врачу и признаться? В результате в поле зрения наркологической службы попадают в основном пациенты с запущенными стадиями, когда речь уже идёт не о реабилитации, а о попытке сохранить жизнь. "Чем раньше начать лечение, тем лучше прогноз. Это аксиома", — подчёркивает Кирилл Шефер.
Что делать человеку, который узнал в этом тексте себя или своего близкого? Кирилл Валериевич даёт чёткие рекомендации.
Во-первых, перестать делить людей на «чёрных» и «белых».
— Зависимость — это болезнь, такая же, как гипертония или сахарный диабет. Она не делает человека плохим. Она делает его больным. И это не повод для осуждения, а повод для лечения.
Во-вторых, перестать бояться врачей.
— Мы — не каратели, мы — врачи. Наша цель — помочь, а не наказать.
В-третьих, идти к специалисту как можно раньше.
— Если вы заметили у себя или близкого тревожные признаки — нарушение сна, резкую смену настроения, потерю интереса к жизни, нетипичные зрачки - придите на консультацию. Это ни к чему вас не обязывает. Но даёт шанс.
В-четвертых, отказаться от наказаний и угроз.
— Если зависим ваш близкий — крики и ультиматумы не работают. Они только усугубляют стыд и страх, загоняют человека глубже. Работает только доверие и спокойный, твёрдый разговор о необходимости помощи.
В-пятых, не верить, когда возникают фразы: «брошу в понедельник».
— Если бы это работало, нас бы не было. Мы здесь не для того, чтобы вас судить. Мы здесь, чтобы помочь вам жить.
Если употребление становится регулярным, появляются физическая и психологическая зависимости, если попытки остановиться самостоятельно не приносят результата — это повод обратиться к психиатру-наркологу. Врач подберёт программу лечения, включая медикаментозную поддержку и психотерапию. Откладывать визит нельзя, ведь каждый день промедления усугубляет состояние и сокращает шансы на полное восстановление. Зависимость — болезнь, а не приговор. Она излечима, особенно на ранних стадиях. Но главное препятствие на пути к выздоровлению — страх и стыд, которые заставляют человека молчать и откладывать жизнь на бесконечный понедельник. «Понедельник» наступает для тех, кто перестаёт ждать и начинает действовать.
Гребнева Кристина,
Пресс-служба БУ ХМАО-Югры
«Ханты-Мансийская клиническая
психоневрологическая больница»